РОЗДІЛИ
ПРО НАС
ІСТОРІЯ
НОВИНИ та ІНТЕРВ'Ю
ІНВЕСТИЦІЙНІ ПРОЕКТИ
ПЕРЕВЕЗЕННЯ ВАНТАЖІВ
ПОСЛУГИ
ЦІННІ ПАПЕРИ
ЗАКУПІВЛІ
МІСЦЯ ВІДПОЧИНКУ
ЕЛЕКТРОПОСТАЧАННЯ
АНТИКОРУПЦІЙНА ПРОГРАМА
Внутрішній ринок працi
РЕКЛАМА
ПОСИЛАННЯ
ПРЕЗЕНТАЦІЇ
ГАЗЕТА «Робітниче слово»
Інформація про газету
Зворотній зв`язок
Передплата «Робітниче слово»
РОЗКЛАД РУХУ
На вашу думку
Schedule
Мапа сайту
ПРАЦЕВЛАШТУВАННЯ УЗ
Працевлаштування
Запрошуємо
на роботу
Пошук вакансій
та реєстрація кандидатів
Звернення громадян
Отримання вiдповiдей на актуальнi питання



  • Перелік випусків » № 18 (10 травня 2013) 

  • «Нам дороги эти позабыть нельзя»

    Бережно положив к подножию памятника живые цветы и смахнув набежавшую слезу, Николай Андреевич Федоровский долго смотрел на так знакомые ему с детства черты родного лица на фотографии. Майское солнце щедро согревало остывшую после зимы землю. Вокруг, куда ни кинь взглядом, царствовала, буйствовала запоздалая весна, словно пытаясь наверстать упущенное ею время для пробуждения. От всего этого потеплело и на душе у Николая Андреевича. Синева неба отражалась в его голубых глазах, теплый весенний легкий ветерок нежно ласкал его седую голову. На моложавом не по возрасту лице застыла тень воспоминаний.


    Май 2013-го. Встретились ветераны - Николай Михайлович ГОРБАЧ и Николай Андреевич Федоровский.

    Каждый год в эти первые майские дни, позабыв о своем почтенном возрасте, бывалый солдат, прошедший через горнило Великой Отечественной войны, познавший цену фронтовой жизни, дружбы и преданности, отправляется из Киева в Чернигов, чтобы почтить память Николая Михайловича Таранушенко. Тезку, друга, прекрасного человека.

    ДОМАШНИЙ АРХИВ

    - Хотите, - Николай Андреевич испытующе посмотрел на меня, - я расскажу вам о своем тезке? Хотя, - не дав мне сказать «да» или «нет», продолжил: - я обязан поведать о Николае Михайловиче.

    Отказать ветерану в его просьбе было бы с моей стороны не честно. Не так часто сегодня можно встретить бывалого фронтовика, выслушать его искреннюю исповедь о тех грозных сорок первых - сорок пятых годах войны.

    Николай Андреевич один за другим стал раскладывать на столе пухлые объемистые конверты. Пользуясь наступившей паузой, поудобнее усаживаюсь и окидываю взглядом столичное жилье моего собеседника.

    Вот на меня с портрета задумчиво, как бы извиняясь за скромность квартиры своего бывшего коллеги, смотрит Борис Степанович Олейник. Улыбается Георгий Николаевич Кирпа, словно вселяет уверенность и надежду на лучшее. Доподлинно знаю, что оба руководителя искренне заботились о ветеранах стальной магистрали. О фронтовиках - особенно. Эта добрая традиция, рожденная еще при знаменитом Петре Федоровиче Кривоносе, живет и сегодня при нынешнем начальнике Юго-Западной дороги Алексее Мефодиевиче КРИВОПИШИНЕ.

    Мою зрительную экскурсию по комнате прерывает мягкий голос хозяина квартиры.

    - Личный домашний архив, - с гордостью и загадкой на лице жестом показывает ветеран на аккуратно разложенные конверты. - Тут, як кажуть, - Николай Андреевич время от времени переходит на родной ему украинский язык, «бо матуся так розмовляла», - люди, фотографии и документы о друзьях-товарищах, об огнях-пожарищах…

    Жизнь семьи и друзей Федоровских, радостную и грустную, полную суровой действительности, увидел я в этом бесценном, домашнем архиве. Вот фотоаппарат запечатлел высокого и широкоплечего мужчину с роскошной шевелюрой, приятной улыбкой и блестящей массой орденов и медалей на груди.

    Невольно замечаю, что в эту минуту Николай Андреевич заинтересованно наблюдает за мной, словно хочет что-то сказать, но помалкивает. Дескать, уважаемый журналист, ты видишь человека, с которым сама судьба свела пятнадцатилетнего Николая Федоровского в первый год Великой Отечественной войны. Но об этом он скажет несколько позже.

    Мое внимание переключается на фотографию, на которой вижу двух Героев Советского Союза.

    - Вот этот справа - Иван Михайлович Бовкун, а рядом - Александр Елисеевич Кривец. Оба командиры партизанских соединений, - поясняет хозяин домашнего архива и продолжает: - Мне не забыть, как в бытность генсека тогдашней КПСС Леонида Брежнева на Александра Кривца вылили тонны грязной клеветы и, в конце концов, лишили высокого звания Героя. Как сейчас помню, позвонил мне тогда из Чернигова Николай Таранушенко: «Коля, надо спасать Кривца! Займись».

    Двенадцать лет борьбы за честного человека, за восстановление заслуженного звания увенчались победой. Львиная доля успеха принадлежит Николаю Андреевичу. Его смелость, настойчивость, неутомимый поиск оправдательных документов, живых свидетелей подвига Александра Кривца сделали свое доброе дело.

    - Обидно от того, - говорит Николай Андреевич, - что радовался Александр Елисеевич недолго. Подкошенный клеветой завистников, он рано ушел из жизни. Войну стойко перенес, а тут…

    Глядя на фотографию, он на минуту замолкает, молчанием отдавая дань глубочайшего уважения ушедшему в мир иной. Не забывает навещать ветеран и могилу друга.

    - А как же иначе? - удивляется мой собеседник. - Быть великой беде, если людская совесть окончательно заржавеет!

    Заметив, что я с любопытством рассматриваю групповую фотографию, на этот раз Николай Андреевич, видимо, не мог молчать.

    - Деревенька моя - Заворичи! - с волнением отозвался он. - Здесь мы - у отцовского дома родного.

    Снова вижу на фотографии уже знакомого мне высокого, плечистого, с раскошной шевелюрой и кучей орденов и медалей человека.

    - Это и есть Николай Михайлович? - спрашиваю моего собеседника.

    - Он самый, а рядом - моя мама Марфа Игнатьевна. Она была худенькая, низенькая, но богатая на материнскую заботу и ласку. Мужественная женщина. До войны за ней такой смелости не замечал, - вспоминает Николай Андреевич.

    ТРАГИЧЕСКИЙ СОРОК ПЕРВЫЙ

    Николаю Федоровскому довелось видеть трагедию и пережить позор Красной Армии, спешно отступающей на Восток, оставляя детей, женщин, стариков на «милость» гитлеровских войск. А он так верил в ее непобедимость и мощь! Эта святая вера вскоре вновь поселится в душе мальчишки, которому от роду было всего-то 15 лет. Он пронесет ее потом через всю войну. Возродить ее помог ему родной брат мамы Иван Игнатьевич, который еще после смерти отца Николая, как мог, заботился о сестре и племяннике.

    Николай Андреевич вспоминает, как глубокой ночью маму и его разбудил осторожный стук в окно дома. Так стучать могли только свои. И не ошиблись. Узнав знакомый голос брата, Марфа Игнатьевна открыла дверь. Иван был не один. Незнакомец держался за его плечо. Как потом узнали, пуля попала ему в колено и самостоятельно передвигаться красноармеец не мог.

    - Марфа, ты знаешь, что ждет тебя, сына, меня и вот его - политрука Таранушенко, если нас обнаружат? - И сам ответил: - Смерть!

    …Выходила, вылечила Марфа Игнатьевна Николая Таранушенко. В свою очередь политрук крепко подружился с Николаем Федоровским. Тезки, укрывшись от людских глаз, вынашивали план поиска партизан. Связь с ними пытался наладить и дядя Николая - Иван. К несчастью, ему не повезло: выследили полицаи. Лишь после Победы над фашистской Германией вернулся он из каторжных мест домой. А двум тезкам сопутствовала удача.

    Весной 1942 г. Николай Таранушенко вышел на связь с подпольным Михайло-Коцюбинским райкомом партии и сформировал партизанский отряд. А через год он возглавлял уже крупное партизанское соединение на Черниговщине. Одним из его разведчиков и связным был Николай Федоровский.

    - Не однажды попадал я в переплет, - вспоминает ветеран. - Порой думал, ну вот и всё… смерть! На моё счастье, как говорится, Бог миловал.

    ДАЁШЬ КИЕВ!

    Сентябрь сорок третьего для Николая Федоровского оказался счастливым. Подразделения советских войск вошли в его родные Заворичи (Киевщина). Партизанский разведчик и связной не думал и не гадал тогда, что встретится с Николаем Таранушенко лишь через пять с лишним лет - после Победы над фашистской Германией.

    Но об этом Николай узнает позже, а сейчас он, как и его сверстники, был полон решимости влиться в боевой строй, чтобы, как выразился ветеран, «крушить ненавистного врага», но по возрасту ровесники не дотягивали до призыва. Патриотизм молодых парней побудил помогать армейскому тылу, склады которого были в Заворичах. Хлопцы грузили или разгружали имущество и продовольствие. Война же постоянно напоминала о себе. Жестокие бои шли поблизости. То и дело доносился гром артиллерийской канонады, а в небе над деревней нередко разгорались воздушные бои. Между противоборствующими сторонами с каждым днем разгоралась битва за Днепр и Киев.

    И лишь четвертого ноября 1943 г. зачислили Николая Федоровского, бывшего партизанского связного и разведчика, в 8-й стрелковый полк 38-ой армии 1-го Украинского фронта. А вскоре новобранец Федоровский, как и многие его одногодки, еще не переодетые в армейскую форму, по понтонному мосту через Днепр, вместе с идущими танками и другой боевой техникой, переправились в освобожденный Киев.

    - То, что я увидел, - вспоминает Николай Андреевич, - своим глазам трудно было поверить! Руины, руины и руины! Постарались фрицы при взятии города, но и наши не отстали от них, освобождая Киев. Снарядов и бомб не пожалели, как не пощадили и своих же. Как знать, сколько солдат и офицеров сложили головы, чтобы любой ценой к 26-й годовщине Октябрьской революции освободить город от фашистской нечести!? - тяжело вздыхает ветеран. - И как это ни странно, но сама Победа над гитлеровской Германией списала многое и, не в последнюю очередь, тупость и грубость, самодурство и безответственность... Всего этого тогда хватало с избытком. Но удивительно, что весь этот негатив уживался с неподдельным массовым героизмом. Как на фронте, так и в тылу!

    (Продолжение следует)

    Михаил МИХОЛАП, Фото Алексея ЧУМАЧЕНКО
    Контактна інформація
    Україна, 01601, м. Київ, вул.Лисенка, 6
    Приймальня директора регіональної філії: 0(44)-4654410 факс 0(44)-4654107
    Прес-служба тел.: 0(44)-4069708 факс: 0(44)-4069175 email: pres@sw.uz.gov.ua
    Розклад руху поїздів (цілодобово): 0-900-90-80-05 (послуги платні), 0(44) 309-70-05