РОЗДІЛИ
ПРО НАС
ІСТОРІЯ
НОВИНИ та ІНТЕРВ'Ю
ІНВЕСТИЦІЙНІ ПРОЕКТИ
ПЕРЕВЕЗЕННЯ ВАНТАЖІВ
ПОСЛУГИ
ЦІННІ ПАПЕРИ
ЗАКУПІВЛІ
МІСЦЯ ВІДПОЧИНКУ
ЕЛЕКТРОПОСТАЧАННЯ
АНТИКОРУПЦІЙНА ПРОГРАМА
Внутрішній ринок працi
РЕКЛАМА
ПОСИЛАННЯ
ПРЕЗЕНТАЦІЇ
ГАЗЕТА «Робітниче слово»
Інформація про газету
Зворотній зв`язок
Передплата «Робітниче слово»
РОЗКЛАД РУХУ
На вашу думку
Schedule
Мапа сайту
ПРАЦЕВЛАШТУВАННЯ УЗ
Працевлаштування
Запрошуємо
на роботу
Пошук вакансій
та реєстрація кандидатів
Звернення громадян
Отримання вiдповiдей на актуальнi питання



  • Перелік випусків » № 12 (22 березня 2013) 

  • Олег КОМАРОВ, заслуженный артист Украины

    СЕРЕНАДА ПАТТИ


    Кадры из фильма «Где вы, рыцари?» В роли репортера - О.В. Комаров

    Тенор взял последнюю ноту арии, после чего зал взорвался аплодисментами. Артист раскланялся и ушел со сцены. Объявили антракт.

    Андрей Кривцов не первый раз слушал этого певца, и он ему нравился. Нельзя сказать, что у тенора был очень красивый тембр, но хорошая школа, высокая музыкальная культура, широкий диапазон и сила голоса - все производило прекрасное впечатление.

    А в этот вечер Кривцов пришел на концерт не один, а с Настенькой, «чистой», молодой девушкой, с которой встречался не так давно, и ему хотелось, чтобы певец ей понравился тоже. Настя никогда в филармонии не бывала, и, с первой же минуты, скованность не покидала ее. Как очень совестливый человек, она ощущала неловкость из-за того, что не одета так нарядно, как все присутствующие, что, как ни заставляет себя, не может почувствовать не то что восторгов, но даже удовольствия от пения артиста. А шквал аплодисментов и крики «Браво!» просто ошеломили ее. Она почувствовала себя здесь случайным, ненужным человеком. И даже покраснела из-за своих громких аплодисментов - не дай Бог подумали бы, что она ничего не понимает. К тому же ее смущал спутник. Он был старше на семь лет, в глазах молоденькой девушки дистанция огромного размера. Много знал, много говорил о непонятных, незнакомых ей вещах; она же только согласно кивала головой - знаю, мол, понимаю. И чувствовала себя, как на экзамене, к которому совершенно не готовилась. Каждая встреча казалась ей последней. Он, наконец, разберется, что она ему не пара. Но телефонные звонки раздавались снова и снова. Вскоре она стала замечать, что начинает нервничать, если очередной звонок вдруг задерживался. Кривцов не был красавцем, но из-за того, что относился к ней, как никто раньше, бережно, деликатно вводил ее в свой не всегда понятный, но интересный и пугающий мир искусства - возможно, поэтому становился ей ближе и ближе.

    В антракте Кривцов и Настенька потянулись за всеми в фойе. Вдруг Андрей увидел, что прямо к нему приближается хороший знакомый, коллега - актер Борис Иванович Шуйский. Симпатичный подвижный старичок преклонных лет, от которого всегда приятно пахло одеколоном. Поговаривают, он и до сих пор еще назначает свидания дамам.


    - Приветствую вас, Андрей Михайлович, - сказал Шуйский, подходя к Кривцову. - Я так и думал, что встречу вас здесь.

    - Добрый вечер, Борис Иванович, - ответил ему Андрей. - И я не сомневался, что встречу вас на концерте. Познакомьтесь, - это Настенька, - представил Кривцов свою юную спутницу.

    - Очень приятно. Борис Иванович, - назвал себя Шуйский, взял руку девушки и поцеловал ее.

    Настенька покраснела, как будто при ней сказали что-то неприличное. Борис Иванович улыбнулся.

    - Где вы нашли такое сокровище? - спросил он.

    - Ну, вот вам все и расскажи, - радостно смеясь, проговорил Кривцов.

    - Нет, уж лучше скажите, как вам понравился сегодняшний тенор. Правда, хорош?

    - Видите ли, меня трудно удивить. Мой брат был инспектором Императорских театров, и я имел возможность слышать многих отечественных и зарубежных гастролеров - и Шаляпина, и Нежданову, и Каррузо, и даже Аделину Патти.

    - Аделину Патти? - изумленно переспросил Андрей. - «Сколько же тогда ему лет?» - подумал он и лихорадочно стал подсчитывать: Патти закончила петь в самом начале века… сейчас семидесятый год, ничего не понимаю.

    Заметив растерянность на лице Кривцова, Шуйский, улыбаясь, сказал:

    - Мне было 11 лет, когда я слушал Патти в «Норме» Доницетти. Брат меня с собой взял.

    - Борис Иванович, - оживленно заговорил Андрей, - я хотел бы познакомить вас с одним человеком, обладающим богатейшей коллекцией пластинок (более 4000) и настоящим английским граммофоном. Думаю, Сергею Николаевичу было бы интересно увидеть свидетеля выступлений Патти, Каррузо, Шаляпина, а вам - услышать этих певцов.

    - С удовольствием, - ответил Борис Иванович.

    - Завтра я зайду к нему, - продолжал Андрей, - договорюсь, когда он сможет принять нас. Я думаю, через день мы сможем подойти к нему.

    - Да, да, конечно, но при одном условии.

    - Каком? - с тревогой спросил Кривцов.

    - Если не будет дождя, - важно ответил Борис Иванович.

    - Почему?

    - Мы же наследим.

    На следующий день Кривцов зашел к Сергею Ивановичу. В те годы еще не было мультфильма «Карлсон, который живет на крыше», но, когда он появился, Кривцова не покидало ощущение, что Карлсона срисовали с Сергея Николаевича. Та же фигура, то же лицо, правда, у Сергея Николаевича был башенный череп (голова в виде вертикально поставленного огурца), который он всегда прятал под черным беретом, и, казалось, тот просто вздулся, хотя скрывал чуть меньше половины головы.

    Глаза смотрели в разные стороны, и, когда он обращался к Кривцову, тот боялся попасть в неудобное положе-ние: не был уверен, к нему ли обращаются или к соседу. Низкий добрый голос, сочетание важности и детской непосредственности, своеобразное обаяние - все это, как казалось Кривцову, придавало Сергею Николаевичу больше сказочности, чем ее было у Карлсона. Да и в общем Карлсон был лишь копией Сергея Николаевича, не хватало только пропеллера.

    Каждое воскресенье, в восемь часов вечера, в квартире Сергея Николаевича собирались любители музыки. Как правило, их было 10-12 человек. Они усаживались посредине комнаты за большим овальным столом, на котором лежал толстый каталог с надписью: «Академическая фонотека им. Ф. И. Шаляпина». Вдоль стен стояли шкафы, этажерки, висели книжные полки - все это было заполнено пластинками. На тумбочке возвышался английский граммофон - ящик, напоминавший довоенные радиоприемники. Каждый из гостей находил в каталоге интересующую его пластинку и, в свою очередь, по кругу собравшимся говорил, что бы ему хотелось послушать. Приняв заказ, Сергей Николаевич начинал разыскивать пластинку в своей огромной коллекции и, как правило, что-нибудь рассказывал.

    - Моя мать, - вспоминал он, - была оперной певицей с очень хорошим голосом. Как-то, будучи беременной мною, на шестом месяце, она спешила в карете по своим делам. Вдруг обломалась рессора, карета упала. Очевидно, от ушиба или от испуга начались преждевременные роды. В больнице меня тянули щипцами, передавили какой-то нерв, в итоге: я слышу как поет Шаляпин, Каррузо, - сам же не могу спеть и «Чижик-пыжик», а голос, вы слышите, у меня есть… Итак, ария Отелло из одноименной оперы Джузеппе Верди в исполнении знаменитого Томаньо. Кстати, у него тоже был далеко не безупречный слух. И великий маэстро, автор оперы, два года сам готовил с певцом эту партию. Но то, что получилось, превзошло все ожидания.

    Андрей, зайдя к Сергею Николаевичу, объяснил причину своего прихода и, в заключение, спросил, не будет ли тот возражать, если завтра он придет к нему с Настенькой и со своим коллегой - актером Борисом Ивановичем Шуйским, которому посчастливилось слушать саму Патти.

    Сергей Николаевич насторожился, и как-то недоверчиво посмотрел на Кривцова. Впрочем, сказал:

    - Конечно, конечно, приходите.


    (Продолжение следует)

    Контактна інформація
    Україна, 01601, м. Київ, вул.Лисенка, 6
    Приймальня директора регіональної філії: 0(44)-4654410 факс 0(44)-4654107
    Прес-служба тел.: 0(44)-4069708 факс: 0(44)-4069175 email: pres@sw.uz.gov.ua
    Розклад руху поїздів (цілодобово): 0-900-90-80-05 (послуги платні), 0(44) 309-70-05